Добрый день! Сегодня Среда, 20.09.2017, 14:15
Приветствую Вас Гость | RSS
 
Главная Регистрация Вход
Меню сайта
Новости от РБК
Статистика
Форма входа
Отправка SMS
Определитель
Новости Рязань

ИА ГАРАНТ

Главная » 2011 » Декабрь » 2 » Президент Российской Федерации Дмитрий Медведев ответил на вопрос о реформе уголовно-исполнительной системы России
Президент Российской Федерации Дмитрий Медведев ответил на вопрос о реформе уголовно-исполнительной системы России
07:53

28 ноября 2011 года на встрече с представителями средств массовой информации Уральского федерального округа Президент Российской Федерации Дмитрий Медведев ответил на вопрос о реформе уголовно-исполнительной системы России.

На вопрос руководителя медиа-холдинга «Уральский рабочий» Льва Кащеева "недавно началась и продолжается реформа правоохранительных органов, как, по-вашему, не нужна ли, не назрела ли подобная реформа исправительной системы?" Дмитрий Анатольевич ответил: "Я такую, может, сейчас скажу экстремистскую мысль, но я скажу. Они вообще никогда не работают на исправление. И дело не в том, что они у нас сами по себе не самого высокого качества, мягко говоря. У нас действительно исправительно-трудовая система, она на 95 процентов советская. А вообще подобного рода наказания редко кого исправляют.

Именно поэтому за последние несколько лет я всё-таки старался проводить несколько иную уголовную политику, когда суровым должно быть наказание за тяжкие и особо тяжкие преступления. Но в этом случае, когда мы осуждаем людей, расчёт идёт не на исправление, а, скажем честно, на их изоляцию от общества. На то, чтобы они не совершали преступлений, находясь в обычной среде.

Что же касается исправления, то эта конструкция может применяться только к тем, кто совершил не тяжкие преступления, а, как правило, преступления по неосторожности. И именно туда и должен быть обращён государственный взор.

О чём я говорю? Во-первых, наша уголовно-исполнительная система, она действительно советская, и она действительно очень консервативная, и мы знаем все её недостатки. Во-вторых, эта система должна быть реформирована, но не за полгода – это невозможно, а за достаточно продолжительный срок. Какой срок? У нас есть специальная программа реформирования, она рассчитана на период, условно говоря, до 2020 года.

В-третьих, эта система должна стать принципиально другой. Я когда ещё учился в университете, то по действовавшему тогда исправительно-трудовому кодексу было, по-моему, пять режимов лишения свободы, начиная от тюремного режима и заканчивая колониями-поселениями, и масса самых разных лагерных режимов, оставшихся ещё с известного периода.

Строго говоря, практически все эти режимы исключительно жёсткие и направлены на то, чтобы изолировать людей от общества. Тогда возникает вопрос: зачем они нам все нужны в таком виде? И поэтому в качестве ориентира для развития уголовно-исполнительной системы были взяты две крайние позиции, так, кстати, как это во всём мире.

Тот, кого очень трудно исправить, я сказал, что невозможно, но очень трудно исправить, и где воспитательная функция почти невозможна, тот должен сидеть в тюрьме, просто сидеть в тюрьме и быть изолированным от общества на тот срок, который установлен вступившим в законную силу приговором суда.

А тот, кто совершил преступление по неосторожности, первое преступление, – из него не надо все жилы тянуть, он может находиться в колонии-поселении с весьма мягким режимом содержания, чтобы эта система его не подавляла окончательно, а чтобы он всё-таки и о жизни поразмышлял, и чтобы не заниматься потом его социализацией, чтобы он был адаптирован к нормальной жизни, чтобы он мог в магазин ходить, чтобы он с людьми встречался. Мне кажется, выбор должен быть между одним и другим, и это та модель, по которой мы должны пойти.

Следующая тема. Есть наказания, которые не связаны с лишением свободы, а также надзор за теми, кто совершил преступление и отбыл наказание. Эта сфера у нас вообще не развита. Раньше она существовала, а сейчас эти службы почти не работают. Нам нужно создать свою службу пробации, такую, как есть в других государствах.

И, наконец, последнее (но не по значимости). К сожалению, по количеству заключённых мы всегда были действительно на одном из самых первых мест на планете, хотя считать, что у нас их больше всего, тоже неправильно, это не так сейчас. Насколько я знаю, в Соединённых Штатах Америки, например, заключённых больше, чем у нас, и страна, правда, больше, чем наша, но тем не менее.

Но даже почти миллион человек, который недавно сидел на зонах, – это огромная цифра людей, количества человеческих судеб. Когда я начал погружаться в повседневную деятельность Президента… Вы знаете, у Президента есть такая функция, как помилование. Начал смотреть дела, которые мне приносят. Понятно, когда, допустим, человек получил длительный срок за убийство, за тяжкое телесное повреждение, за насильственные действия. Это понятно. Но очень часто мне приносили, да и сейчас приносят, дела, где фабула, состав преступления выглядит следующим образом: вытащил из сумки мобильный телефон, цена похищенного – пять тысяч рублей, наказание – два года лишения свободы не условного, а реального. Что это означает?

Какой-то молодой дурачок, извините, который по глупости или «по пьяной лавочке», что у нас, к сожалению, очень часто происходит, стащил телефон. Но этот человек ещё только-только жить начинает – его сразу же на два года в лагеря. Кем он оттуда возвращается? Ну понятно кем. Это уже совсем другой пацан!

Уже такой вполне, так сказать, адаптированный к лагерной жизни. Достигнуты цели перевоспитания? Наоборот. Мы, по сути, погубили человека, или, во всяком случае, вывели его из социального равновесия на длительный период. Поэтому нам нужно разумно, спокойно, но в то же время настойчиво провести полную ревизию уголовно-исполнительной системы.

И наконец, самое последнее. Уголовно-исполнительная система состоит из тех, кто сидит, и тех, кто охраняет. Как правило, часто говорят, что они сидят вместе: только некоторые из них сидят срок, назначенный судом, а некоторые из них сидят всю жизнь. Как вы понимаете, эта служба очень тяжёлая.

И люди, которые там работают, во-первых, выполняют важную государственную задачу, а, во-вторых, у них существует и свой определённый эмоциональный настрой. И нам нужно сделать так, чтобы туда приходили служить люди подготовленные, грамотные и мотивированные. Поэтому мы, начиная с 2013 года, начнём существенное увеличение заработной платы всем, кто работает в уголовно-исполнительной системе.

В противном случае изменить самый дух этой уголовно-исполнительной системы невозможно, и нам тогда нужно будет, собственно, каждый раз, когда мы обсуждаем её проблемы, в очередной раз перечитывать Варлама Шаламова и убеждаться в том, что с тех пор почти ничего не изменилось.


Источник

Просмотров: 454 | Добавил: defaultNick | Рейтинг: 5.0/1 |
Новый 2016 год!
Translation
Выбрать язык / Select language:
Ukranian
English
French
German
Japanese
Italian
Portuguese
Spanish
Danish
Chinese
Korean
Arabic
Czech
Estonian
Belarusian
Latvian
Greek
Finnish
Serbian
Bulgarian
Turkish
Поиск
ГСПИ
Официальный интернет-портал правовой информации
Погода Рязань
Календарь
«  Декабрь 2011  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031
Радио
Другое радио
Курсы валют
Погода
Яндекс.Погода
Взаимодействие
    Горячие документы
    Copyright UPiK & Lyadov E.V. © 2017